Быстро. Коротко. Интересно
Телеграм-канал It'sMyCity
Подпишись на нашу группу в Facebook

Жизнь как перформанс

Самые заметные современные художники Урала о стрит–арте, галерее как доме и жизни как перформансе

Жизнь как перформанс
27 октября 2017 18:23

Автор:
Вячеслав Солдатов

В этом году на Уральской индустриальной биеннале современного искусства участвуют пять региональных художников и объединений. Одни из них – нижнетагильская арт–группа ЖКП, что расшифровывается «Жизнь как перформанс». Художники не раз были героями выставок в Уральском ГЦСИ, основали в родном городе собственную галерею и приучали тагильцев к стрит–арту, чем не только показали истинность своего названия, но и стали, наверное, самыми активными и заметными молодыми артистами региона. IMC поговорил с участниками группы Анной Минеевой и Виталием Черепановым о состоянии искусства в Нижнем Тагиле, узнал, что такое «стриток» и «Кубива» и как сделать из «отмывания денег» художественный жест.

Давайте поговорим об истории ЖКП. Как всё начиналось? Были ли в Нижнем Тагиле подобные объединения до создания ЖКП или все работали сами по себе?

Анна Минеева: Например, было объединение «Зер Гут», здесь работал художник Вова Селезнев. Они активно действовали в области культурной жизни Нижнего Тагила, а потом разъехались. Еще были «Лаборатория событий», причем их объединение возникло раньше, чем наше. Мы работаем вместе с 2012 года, а они с 2009 года организуют выставки, ночи кино. «Лаборатория событий» мало сотрудничали с другими городами и долгое время не имели собственной площадки, а сейчас они тоже уехали. У нас же есть своя галерея, своё пространство.

Начинали мы все по отдельности. Ксюша (художница Ксения Кошурникова) у меня преподавала в институте, вот мы с ней так и познакомились. Нашли общий интерес — искусство. С Виталием вообще учились на одном курсе. И Леша с Ксюшей учились в одно время на ХГФ. Все на факультете познакомились.

Расскажите о вашей первой выставке

А.М.: Первая наша выставка называлась «Не возьмешь». Рядом с музеем изобразительных искусств есть разрушенное здание. Сейчас оно огорожено забором, а раньше было открыто. И мы работали там в «Ночь музеев» 2012 года. Брали за основу «аудиторные» портреты, нарисованные студентами, закрашивали их черным акрилом, оттирали лицо, а контур обрамляли золотой либо серебряной краской. Получались лики, выступающие из темноты: баба с ребенком на руках, мужик с топором, деревенские типажи. Еще в этом помещении было много кирпича. Виталий, он как раз тогда занимался строительством печек, выложил из этих кирпичей печь и начал её топить, помещение наполнил дым.

Виталий Черепанов: Мы еще привезли наличники туда и повесили их на окна в комнате, где была собрана печь. Еще сделали столик, на который поставили водку с хлебушком. Получилась русская избушка.

А каким было ваше первое совместное творческое пространство в Нижнем Тагиле?

А.М.: – Это была заброшенная часть военной базы в Нижнем Тагиле, куда мы ходили. Можно сказать, что она была нашей первой галереей. Там было восемь заброшенных корпусов. Мы приходили и собирали там деревянные конструкции, делали росписи внутри здания и на фасаде, а затем приводили на экскурсии друзей из других городов. Но затем базу огородили. Пришлось приносить лестницу и перелезать через измазанный мазутом забор, чтобы забрать оставленные на базе планшеты.

В.Ч.: Мы работали на базе зимой в минус тридцать. Холодно, но зато так свободно! Как короли ходили, потому что никого не было кроме собак, школьников и мужиков, которые железо воруют. Кстати, школьники — главные вредители. Приходили и сжигали всё, что мы собирали несколько дней.

А.М.: В 2014 году мы решили снять пространство, в котором мы могли бы организовать галерею. Я, Виталий, Миша (Анна Минеева, Виталий Черепанов, Михаил Куликов) ходили и смотрели разные промышленные помещения на 200-300 квадратных метров. В итоге сняли гараж. В марте в него заехали и сразу же стали строить теплую комнату. Там даже освещения не было, но наш хороший друг-электрик помог провести в гараж электричество. Первое время не было и печки, грелись пушкой тепловой.

Какой первый проект вы там сделали?

А.М.: Это была просто выставка наших работ. В апреле в гараже мы организовали день рождения Виталика. Это был и день рождения «Кубивы», потому что впервые в этом помещении собралось множество людей. Потом мы три месяца готовили выставку наших работ.

Мы чувствовали абсолютную свободу. Это была территория без цензуры. Никто не контролирует и не мешает. А напротив живут кузнецы, которые иногда заглядывали к нам на концерты и выставки

Откуда появилось название «Кубива»?

В.Ч.: Это слово мы придумали давно. То ли в 2009, то ли в 2010. На пачке сигарет написано «курение убивает». Мы убрали несколько букв и получилось забавное слово «кубива». Мы смеялись, что «кубива» – это самая большая радость. Рассказали друзьям и распространилось это слово. Тагильские скейтеры видео начали так называть. И потом когда пришло время придумывать название для галереи, мы вспомнили это слово, которое уже к нам прилипло

С появлением галереи количество уличных активностей уменьшилось?

В.Ч.: Мы стали более независимыми. Улица — тренажер, который заставляет тебя думать всегда, подсказывает новые идеи. Но творим мы сейчас в основном в мастерской или в квартире. Обсуждаем, рисуем, делаем что-то. В зависимости от настроения ходим на улицу, общаемся со стрит-артерами. В Нижнем Тагиле много талантливых уличных художников. Нам нравится находить интересные работы, наблюдать за их творчеством. У нас есть мечта: сделать карту, на которой работы будут распределены прямо по районам и напечатать книгу о нижнетагильском стрит-арте книгу на биеннале.

На въезде в город я видел вашу работу «Искажение», которая состоит из падающих букв

В.Ч.: Это отсылка к тому искажению местности, что происходит на севере Урала из-за аномальных зон. Там начинают происходить мистические вещи. Та же мистика влияет и на наше творчество, а каждая местность обладает своим искажением.

Прошлым летом вы активно принимали участие в резиденциях, какой опыт это вам дало?

А.М.: Да, ездили в галерею «Яма», которая находится в поселке Пятихатка Краснодарского края. Мы не думали, что кроме ЗИПов (краснодарская арт-группировка) будет еще очень много художников. И через два дня приезжает 12 человек на фургончике. Потом еще. В итоге в одном доме жило где-то человек 25. Еще и к соседям пять человек поселили. И мы такой компанией общались, делились опытом, проводили мероприятия, создавали стрит-арт, плавали и играли в волейбол.

Следующей точкой на вашей карте путешествий стало село Ширяево, а именно — Ширяевская биеннале. Какие впечатления остались от той поездки?

А.М.: Организаторам биеннале были, видимо, неинтересны художники. Они были не готовы ни к каким экспериментам. Возможно, проблема в том, что эту биеннале делают 20 лет одни и те же кураторы. Все идеи исходят только от них. Художникам думать запрещают. Кураторы устраивали регулярные планерки, на которых правили названия и следили за осуществлением проектов. Через наш проект в итоге экскурсию не повели, хотя угрожали: «мы завтра придем с министром культуры Самары, объясните ему то, что вы тут натворили»

- А что вы натворили?

А.М.: Нам выделили 10 тысяч рублей на строительные материалы, из которых мы планировали сделать деревянную тропу в деревне. Как только приехали туда, начали общаться с местными художниками, а они стали рассказывать, что сами не участвуют в биеннале, потому что не хотят сотрудничать с организаторами.

Эти художники приезжают в Ширяево и организуют собственные проекты во время проведения биеннале так, чтобы не пересекаться с кураторами. Причем, местные жители всегда против биеннале: у них там заповедник, в который приходит толпа людей и мусорит. И мы подумали, зачем тратить 10 тысяч рублей на то, что через неделю демонтируют? Мы внимательно перечитали положение биеннале. В одном из пунктов было написано о том, что все работы затем уничтожаются. Мы предложили кураторам заменить наш проект.

 «Хотим украсть эти десять тысяч рублей» — заявили мы. Нужно было предоставить чеки из строительных материалов. Мы идем и берем эти чеки. А реальные 10 тысяч переводим на счет «Кубивы» и тем самым удваиваем их в культурном полотне страны. Происходит передача, отмывание денег через институцию и тут же мы спонсируем галерею, и эти мифические 10 тысяч рублей удваиваются. Они сначала согласились, спросили: «Как вы это продемонстрируете визуально?». Потом они начали открыто называть нас ворами, якобы мы украли у них 10 тысяч рублей. На протяжении всего конфликта конверт с деньгами лежал у нас запечатанный.

Мы постоянно думали, куда деть эти деньги, что с ними делать. Каждый день проводили в напряжении. Проект мы назвали «Кураторский жест». Музейщики не присутствовали в тот момент, когда мы готовили экспозицию. Обычно они вмешиваются в работу. Приходишь на следующий день, а работы изменены и они говорят «это мой кураторский жест».

Мы решили взять деньги и залить эпоксидной смолой, чтобы поставить организаторов перед выбором: деньги или искусство. Интересны каламбур получается: извлечь деньги из произведения искусства. Но не хотели мы забирать ни какие деньги, хотели быть услышанными кураторами. Думаю, все же мощно получилось.

А какие планы у вас после закрытия «Кубивы»?

В.Ч.: Мы думаем сплавиться по реке Чусовой. По Каме, Волге и до Каспийского моря. На одном большом катамаране. Но для этого нужна долговременная подготовка: месяца три-четыре

А.М.: Самая большая проблема – плотины. Через них невозможно переплыть и нужно обязательно сухопутно их преодолевать 2-3 километра.

Отличаются ли улицы Екатеринбурга от улиц других городов?

В.Ч.: Да, в Екатеринбурге у меня не возникало никаких проблем, когда я занимался стрит-артом. А вот в Нижнем Тагиле…

А.М.: В Екатеринбурге большая толпа идет потоком, тебя могут не заметить даже если ты что-то рисуешь на огромном баннере. Здесь много рекламы. И в центре редко можно встретить полицию. А в Тагиле центральную часть города постоянно патрулируют. Только в закутках и подвалах можно еще от них укрыться. Но в Тагиле нам интересны заброшенные здания, территории вдоль трассы, закутки и закрома Урала. Тагильский стрит-арт – нежный.

В этом году вы - участники основного проекта Уральской биеннале современного искусства. Что вы там сделали?

А.М.: Первый проект биеннале, в котором мы принимаем участие – это выставка «Миростроение», куратором которой стал Вова Селезнев. Еще мы разобрали «Кубиву» и перевозим на основной проект биеннале, на первый этаж завода. На биеннале «Кубива» станет в некотором роде захоронением. Там же на первом этаже мы соберем «легендарную» РАБОТУ – конструкцию из строительного мусора. Еще хотим презентовать нашу «книгу о стритке» и организовать там концерт. А также участвуем в проекте «Между усталостью» в ДК Железнодорожников (параллельная программа биеннале).

Фото: группа ЖКП ВКонтакте, сайт uralbiennal.ru

Теги