Подпишись на нашу группу в Facebook

Памятник архитектуры или ненужные развалины

Какова судьба деревянного зодчества в Екатеринбурге

Памятник архитектуры или ненужные развалины
31 мая 2017 17:41

Автор:
Анастасия Норина

Весной этого года стало известно о готовящемся переносе и частичной реставрации жилого дома с улицы Татищева, 57, входящего в реестр памятников культурного наследия. Переезд устроили из-за того, что постройка мешает расширению дороги: здесь пройдет проезжая часть и трамвайные пути от проспекта Ленина к ВИЗу. Сейчас дом уже частично разобран. IMC решил изучить деревянные памятники архитектуры и посмотреть, каким образом в городе пытаются сохранить его деревянную историю.

Жилой дом с башенками, ул. Куйбышева 29

Раньше на этом месте стояла усадьба Д.Д. Мартынова, горожанина мещанского сословия. Позднее ее владения перешли к В.Я. Коршунову, который и построил ныне сохранившееся здание с каменным основанием и деревянным вторым этажом. На данный момент дом принадлежит отделу полиции №5.

На фасаде здания выделяются кружевные карнизы и зубчатые сандрики (архитектурный элемент, расположенный над окном). На крыше дома возвышаются чешуйчатые купола, увенчанные высокими шпилями и декорированные металлическими узорами.

Жилой дом П.М. Флоринского, ул. Сакко и Ванцетти, 69

Двухэтажный жилой дом был построен на рубеже XIX-XX веков и принадлежал предпринимателю П.М. Флоринскому. Здание создано в стиле эклектики, но в декоре просматриваются мотивы народного деревянного зодчества. Главный вход размещён с левой стороны. Сам дом имеет ассиметричную композицию.

Фасад здания выглядит терпимо, но по бокам ремонт бы не помешал. Пока что администрация города «отреставрировала» строение наклеенным изображением дома в былые времена.

Усадьба Агафуровых, ул. Сакко и Ванцетти, 24

Семья Агафуровых занималась торговлей. По заказу купцов в 1890 году был построен особняк, который в хорошем состоянии сохранился и до наших дней. Сейчас здесь располагается постоянное представительство республики Татарстан в Свердловской области.

 

Известно, что проект дома разработал архитектор Ю.О. Дютель. Само здание украшено лепниной, витражом, узорами на окнах и стенах. Оно также обладает ризалитами (Часть здания, выступающая за основную линию фасада и идущая во всю высоту здания. - Прим. ред.) с зелёными башенками. На фасаде неоднократно встречаются восточные мотивы, изображение звёзд и полумесяцев.

Усадьба Агафуровых, ул. Сакко и Ванцетти, 28

Агафуровы построили ещё одно большое двухэтажное здание по соседству. Из-за бревенчатых стен оно выглядит грубовато, зато у усадьбы есть выступ с балконом на углу, заканчивающейся башенкой. Главным акцентом фасада является фронтон, отделанный растительными узорами.

Согласно легендам, во время революции 1917 года на территории усадьбы купцы зарыли клад клад, да не один, а сразу несколько. Что интересно, в 1934 году под каменной опорой ворот действительно нашли золотой слиток.

Недавно там сделали ремонт. В дальнейшем там планируется открыть музей купечества Урала. Однако, по словам заведующих усадьбой, полная реставрация и открытие музея затянулось с 1997 года. И сколько продлится, ещё неизвестно.

Дом купца А.С. Лебедева и дом крестьянина К.М. Панова, ул. Сакко и Ванцетти, 25

По сравнению с усадьбой Агафуровых этим зданиям повезло меньше. Они заброшены и постепенно разрушаются. Первым был построен одноэтажный дом по заказу А.С. Лебедева в 1886 году. Его главным украшением является фриз (Декоративный орнамент в виде горизонтальной полосы, окаймляющий верхнюю часть стены. - Прим.ред.).

Дом К.М. Панова был пристроен позднее, в 1895 году. В отличие от своего соседа, зажиточный крестьянин Панов от одноэтажной постройки отказался. Поэтому в его части усадьбы расположена надстройка в виде мезонина.

Деревянное здание в стиле модерн, ул. Февральской революции, 27

Этот пример жилой деревянной застройки начала XX века отличают от других бревенчатые стены, асимметричный вид и полукруглые крыши. Сейчас в здании находится общественная организация «Национально-культурная автономия татар Свердловской области». А вокруг дома ведётся активное строительство Екатеринбург-Сити, которому памятник архитектуры явно мешает. Напомним, что для создания нового квартала уже снесли дома по ул. Февральской революции, в том числе и деревянные.

Деревянный особняк И.П. Маева, ул. Тургенева, 20

Дом с мезонином принадлежал когда-то чиновнику И.П. Маеву. В 2006 году в этот особняк заехала труппа театра Николая Коляды. Актеры сами отремонтировали здание, и в течение десяти лет зрители смотрели пьесы именно здесь. А в 2014 году «Коляда-театр» переехал в новое здание, оставив деревянный особняк Центру современной драматургии.

С 2016 года строение опустело окончательно: теперь его ремонтируют. О том, что здесь когда-то обитали актёры, гласит лишь наполовину содранное объявление на двери.

Дом А.Н. Судакова, ул. Тургенева, 24

Бок о бок с бывшим пристанищем театра Коляды стоит деревянный одноэтажный дом, построенный в 1890-е годы чиновником Н.К. Покровским. Сейчас дом носит имя купца А.Н. Судакова.

На сегодняшний  день в здании размещается Центр профилактики борьбы со СПИДом. Сотрудники Центра восхищаются своим местом работы не меньше прохожих, хотя и не отрицают, что проблем с историческим домом навалом:

«Конечно, обстановка внутри гораздо современнее. Но дом всё равно старый. Крыша постоянно протекает. Приходится каждый раз ремонтировать. Пока справляемся, но лучше бы здание передали какому-нибудь меценату. У него явно денег бы хватило на поддержание строения».

Дом Казанцева, ул. Гоголя, 20/5

Усадьба была построена в конце 1880-х и состояла из жилого дома, бани и флигеля. Когда-то в доме проживал пожарный староста И.П. Казанцев. Позднее, с 1890 года новым хозяином стал владелец нескольких городских особняков В.Г. Сырчин. Он реконструировал здание, переделав его в доходный дом. Поговаривают, что после смены власти в 1917 году в этом доме проживал один из революционеров, участвовавших в казне царской семьи. А в годы Великой Отечественной войны здесь размещался военный госпиталь.

До нашего времени дожило лишь деревянное строение. Вплоть до 1998 года оно использовалось как жилое. В начале 2000-х внутри была проведена реставрация. В здание заселился музейный центр народного творчества «Гамаюн». А в 2013 году дом был потревожен соседней стройкой. В результате работ пострадал участок фундамента, было разрушено бетонное покрытие по периметру здания. Тогда Министерство по управлению государственным имуществом приостановила строительство в связи с нарушениями. Однако через несколько дней работа на стройплощадке снова закипела. В строительной компании заявили, что ущерба памятнику нанесено не было. А земляные работы, ставшие причиной вмешательства МУГИСО, проводились для проверки прочности грунтов возле памятника. Сейчас музейный центр практически полностью скрыт от глаз воздвигнутым административным зданием.

Игра на выживание

Как мы видим, общее состояние памятников деревянного зодчества оставляет желать лучшего. Такое историческое наследие требует много внимания, которого ему явно не уделяют. В результате чего здания гибнут от старости, размывания грунта и даже от вандализма.

Историческая архитектура исчезает не только в связи с редкой реставрацией. В последние десятилетия общественность часто становится свидетелем скандалов, разворачивающихся вокруг памятников, на которых неожиданно «натыкаются» строительные компании. Здесь можно вспомнить строительство «Антея» и «Высоцкого», из-за которых был снесён погреб-ледник из бывшей усадьбы Фальковского и дом Ярутина. Летом 2016 года на Куйбышева, 41 исчез дом мещанина Ивана Холмогорова, охранявшийся государством. В результате повторных экспертиз было принято решение, что усадьба культурного наследия не несёт, а значит, снести его ничего не мешает.

Общество на страже порядка

За каждый дом, участвовавший в подобном разбирательстве с застройщиками, пытаются бороться неравнодушные екатеринбуржцы.

«Существующие государственные учреждения, обязанные осуществлять защиту памятников архитектуры, не только не принимают необходимых мер для сохранения собственного лица города, его исторического своеобразия, но и фактически идут на поводу у интересов структур, уничтожающих общественное достояние во имя своих коммерческих интересов», - рассказывает Владислав Головацкий, член общественного движения «Реальная история», которое с 2012 года борется за сохранение исторической архитектуры Екатеринбурга.

Памятники - это не просто живая история города, но и олицетворение труда наших предков. Именно они формируют связь человека с местом, где он живет, делая его настоящим горожанином. «Реальная история» в своих действиях не выделяет объекты деревянного зодчества, считая важным сохранять историю и культуру в целом. Но при этом они отмечают, что деревянные здания более подвержены разрушительным факторам.

Их осталось крайне мало, поэтому каждое из них действительно на вес золота.

По словам Владислава, хвастаться какими-либо успехами в их общественной деятельности просто неуместно. Процесс разрушения города продолжается, а власть зачастую игнорирует мнения экспертов, учёных, работников культуры и тысяч простых горожан.

«Мы в своей деятельности всегда придерживаемся законодательства. Но в конечном итоге решение остаётся за представителями властных структур. Их «заинтересованность» ярко проявляет себя в том, что работа по выявлению объектов культурного наследия в регионе просто отсутствует. А выявленные памятники истории и культуры, о которых сообщают общественные организации и движения на охрану или не принимаются, или, как это произошло с домом врача Лепешинского, просто сносятся в кратчайшие сроки после подачи заявления».

При этом в Управлении государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области нам сообщили, что работы по сохранению объектов и их выявлению ведутся. Также отметили, что именно они не занимаются финансированием мероприятий по реставрации памятников культурного наследия, их деятельность заключается лишь в надзоре. И вообще за финансовую сторону в этом вопросе отвечают собственники здания. Хотя деньги могут выделяться из федерального и местного бюджета. Например, в 2015 году, власти Свердловской области отреставрировали усадьбу П. Утякова и передали её Союзу журналистов.

А тем временем застройка Екатеринбурга не останавливается. И памятники архитектуры продолжают исчезать. Что же остаётся делать тем, кому не безразличен внешний облик города? Наверное, нужно просто не молчать. Если голоса десятков горожан мало кто слышит, то возможно голоса сотен или тысяч будут достаточно громкими.

Фото: Анастасия Норина, www.arkur.ru, Е1.RU, phateev.ru, ЕТВ

Теги