Быстро. Коротко. Интересно
Телеграм-канал It'sMyCity
Подпишись на нашу группу в Facebook

«Меньше «бизнеса по-русски» и больше искусства»

Аудиохудожник Иван Афанасьев об эмоциональном эмбиенте, локальном радио и «Новой драматичной музыке»

«Меньше «бизнеса по-русски» и больше искусства»
28 марта 2017 18:43

Автор:
Вячеслав Душин и Александр Елсаков

В пятницу, 31 марта в Екатеринбурге во второй раз пройдет однодневная выставка видео-арта Bring Your Own Beamer. Главным его героем обещает стать музыкант и аудиохудожник Иван Афанасьев, который выступит на выставке в рамках проекта Тесноты «Дальше – шум» с нойзовым лайвом, а ночью сыграет сет мрачной клубной музыки в «Мизантрпое». Перед своим приездом на Урал Иван рассказал IMC, почему увлекся радиотрансляциями, что любят слушать в Китае и что радует его на российской электронной сцене.

В первую очередь ты известен по участию в дуэте Love Cult, но недавно стал активно выступать в одиночку под разными псевдонимами: Ivan Zoloto и Myka. Расскажи, когда ты начал сольную деятельность?

Первые сольные опыты появились, когда я жил в Финляндии в 2007-2008 годах, и тогда это всё вылилось в Love Cult. Но серьёзно я взялся за музыку только в Китае в 2016 году, причём в двух радикально разных направлениях. Под своим именем я пишу крайне минималистичные пьесы и даю их кому-нибудь проигрывать — людям, алгоритмам, синтезаторам, гитарным комбикам и примочкам. Получается этакий эмоциональный эмбиент: никакого движения, никаких ритмов, просто поле звука. Myka же — это электронные треки на грани клубной музыки, бэйса и индастриала.

Напряжённая атмосфера, кричащий перегруженный вокал, колкие звуки, но танцевальная форма. Я случайно сделал трек в Корее и понял, что в нём есть всё, что я очень люблю, но не смогу вписать в Love Cult.

Совсем недавно ты перебрался в Москву. С чем это связано, ведь долгое время ты жил, занимался музыкой и делами лейбла из Петрозаводска?

Я не очень люблю сидеть на месте, и не уверен, что Москва — это надолго. Петрозаводск — это база, родной дом, семья. Мы с Love Cult и в Дании чуть-чуть пожили, до этого я один в Финляндии, плюс постоянные туры. Последние пару лет очень часто бывал в Москве и сейчас основные артисты лейбла живут тут, поэтому после Китая выбор приехать сюда был логичным. Обожаю большие города, такие как Стамбул, Лондон, Шанхай.

Не так давно ты вернулся из Шанхая, где провел с Love Cult полгода в арт-резиденции. Как вы туда попали, чем там занимались и какие впечатления остались от китайской музыкальной и арт-сцены?

Мы как-то подали заявку в швейцарскую резиденцию в Китае, и тут же забыли об этом. Спустя несколько месяцев нас пригласили в Шанхай на полгода, дали студию для работы и две комнаты для проживания, всё прямо в центре города, почти на набережной. Китай — потрясающая страна с невероятным культурным потенциалом. Западный мир любит хихикать над ними, существует куча глупых стереотипов, но это до поры, до времени. Душевные люди, незабываемая еда. Шанхай — один из лучших городов, где я был. Музыкальная сцена очень маленькая, но классная.

В Шанхае много молодых электронных продюсеров с лаптопами, все ходят в ночные клубы и рубятся под около-британскую музыку: грайм, герридж. В Пекине все играют на расстроенных гитарах в маленьких галереях, в сцене царит атмосфера ноу-вейва, нойз-рока. Полярные, но крайне любопытные города.

Что будет дальше с Love Cult после этой поездки?

Сейчас мы с Love Cult оба в Москве и работаем над новым материалом, готовимся к выступлениям. На днях выпустили новый трек и клип.

В последнее время от тебя много новостей. Но самое, на наш взгляд, интересное – это основанное тобой радио New New World. Почему вдруг радио?

Нам с коллегами очень не нравилась ситуация, что музыка из Лондона, Нью-Йорка и Берлина считается профессиональной, что-то к ней приближено, а всё остальное — третий сорт. И надоели вот эти все статьи на Dazed или Vice о русской музыке, где сплошь “post-Soviet” и всё преподнесено как фрик-шоу. Даже The Wire такую ерунду написал в прошлом году про Москву. После Китая я просто подумал о невероятном потенциале всех микро-сцен в Китае, Индии, арабском мире, России, мы с Артуром Кузьминым из Чебоксар и Лерой Алфимовой из Самары развили эту идею и поняли, что сейчас нет радио, не прикреплённого к городу. NTS — Лондон, Lot – Нью-Йорк, Red Light – Амстердам.

А мы — про тех, кого не возят каждые выходные в перечисленные выше города.

Израильское диско, китайский грайм, всякие новые русские тренды, ливанский фри-джаз и импров, японское техно. Мы стараемся, чтобы 95-97% вещания была музыка, и только совсем чуть-чуть речи.

Помимо выступления на фестивалях ты еще курируешь их музыкальные программы, например, в Мурманске. Какова миссия фестивалей, которые проходят в регионах?

 То, что я курировал в Мурманске и области — Inversia, Dark Ecology — это логическое продолжение деятельности лейбла. «Новая драматичная музыка» из России и Скандинавии. Мне очень нравится, когда грань доступности артиста или всего лайн-апа плавающая. Когда за простой песней стоят невиданные эмоции, когда в техно-треке разливается какой-то очень хитрый саунд-арт. Было бы здорово, если бы мои кураторские начинания однажды вылились в фестиваль лейбла.

А как региональные фестивали, в которых ты принимал участие, с авангардной программой воспринимаются публикой? Как проходит взаимодействие с региональными культурными институциями?

Мне повезло с партнёрами, поэтому с институциями особо тесно я никогда не общался, они брали это на себя. Но я представляю, что для большинства сотрудников провинциального минкульта наши музыкальные дела — подпольщина и самодеятельность, ха-ха. Но публика всегда максимально открыта и готова ко всему в таких местах. Люди не очень любят платить за билеты, но как правило, подобные фестивали в провинции — всегда событие.

Кажется, что за последние годы отечественная сцена поднялась на несколько уровней выше: постоянно появляются самодостаточные и интересные музыканты и объединения, многие продюсеры и диджеи получают признание российских продюсеров зарубежом, коммуникация между артистами налажена.

Да, абсолютно согласен. И это прекрасно. Ещё много над чем стоит поработать, но стало меньше стеснения, меньше «бизнеса по-русски» и больше искусства.

В какую сторону сейчас двигается лейбл Full of Nothing, музыка которого очень полюбилась за рубежом?. Как считаешь, с чем связана эта популярность? 

Следующие два релиза лейбла — московские продюсеры Moa Pillar и Lovozero. Если честно, это лучшая музыка, что я слышал за долгое время. Невероятно горжусь ребятами. Могу раскрыть карты про Moa Pillar — это полноценная пластинка с красивым оформлением, тираж 300 копий, печатается в Лондоне и распространяться будет хорошим британским дистрибьютором. Всё это для нас в новинку, посмотрим, как будет развиваться эта история. Сейчас запросы и интерес примерно 50 на 50 делятся, кстати, русские промоутеры и слушатели тоже активизировались. А почему определённая музыка выстреливала лучше «там» — понятия не имею. Вся команда лейбла обычно руководствуется только художественными принципами, и мало заботится обо всём остальном.

Теги