Быстро. Коротко. Интересно
Телеграм-канал It'sMyCity
Подпишись на нашу группу в Facebook

«Я пою о вполне возможных вещах»

Александр Гагарин об иронии, утопиях и идеальных новых русских песнях

«Я пою о вполне возможных вещах»
06 декабря 2016 16:09

Автор:
Дмитрий Ханчин

Четырнадцатого декабря «Сансара» отыграет в «Доме печати» концерт под названием «Мы гитар не бросили». За неделю до выступления Александр Гагарин побеседовал с корреспондентом IMC о планах, музыкальном взрослении, предстоящем 20-летии группы, обретенной гармонии и обо всем на свете.

Дмитрий Ханчин: Расскажи о предстоящем концерте.

Александр Гагарин: У нас есть радостная возможность доставать песни, которые мы с этим составом ни разу не играли. Для ребят это новые песни. Я более чем уверен, что половина людей, которые придут на концерт, живьем услышат их в первых раз.

Д.Х.: Это песни со старых альбомов?

А.Г.: Да. «Юла», «SMS’ки»… И ты-то это уже прожил, а твои музыканты еще нет. И бывает тяжело, потому что у них появляются какие-то новые взгляды, новое видение на эти вещи, и тебе нужно просто в сторону отойти. В целом, это скорее хорошо, чем плохо.

Д.Х.: А совсем новые песни будут?

А.Г.: Мы сейчас как раз решали, стоит их играть или не стоит. Обычно я говорю, что стоит. Хочется же поделиться. Это как будто встретился с друзьями, и они спрашивают: «Что у тебя нового?». – «Вот, смотрите». Если даже ребята не согласятся новые песни играть, я один под гитару их спою. А еще на концерте мы будем делать новый свет, новый видеоряд. Мне интересно с этим экспериментировать – добавлять какие-то элементы шоу, психологически все это выверить. Это важная часть концерта.

Д.Х.: «Сансара» имеет свойство меняться со временем – что группа являет собой сейчас?

А.Г.: На самом деле, мы сейчас более стабильные, чем раньше. Утро для нас является утром, день – днем, ночь – ночью. Какие-то понятные вещи в голову стали приходить. В этом относительном покое я нахожу удовольствие. Последние года три мы понимаем, в каких морях-океанах мы находимся. И это неплохо, потому что вокруг очень нестабильно.

Д.Х.: Это ваша реакция на внешнюю нестабильность?

А.Г.: Да, давай так запишем. Мне нравится. По крайней мере, это складно звучит.

Д.Х.: Поэтому два последних альбома получились достаточно схожими?

А.Г.: Дело в том, что песни на них похожи собственно на песни, а не на эксперименты. Честно говоря, мне сейчас не хочется каких-то экспериментов ради экспериментов.

Д.Х.: А разве такое бывало?

А.Г.: Конечно, мы же покупали столько приборов, нам нужно было их всех отрабатывать, шуметь побольше. Мы ж как дети.

Д.Х.: Но сейчас дети повзрослели?

А.Г.: А сейчас у нас отрочество.

Д.Х.: И с отрочеством пришла печаль? Я к тому, что «Ласточка» получилась достаточно печальной.

А.Г.: «Ласточка» – альбом про расставание. Все имеет свойство заканчиваться. Все имеет окончание. И, вроде бы, это очевидная вещь, но ее признание естественно может печалить. Поэтому альбом и кажется таким.

Д.Х.: А когда ждать новый альбом?

А.Г.: Я надеюсь, что следующей осенью. По крайней мере, к этому все идет. Следующей осенью мы будем отмечать, как это ни смешно, юбилей группы, который мы назовем «Сансара 2.0». По факту группе будет двадцать лет, но это ничего не значит, потому что теперешнему составу три года.

Д.Х.: За эти двадцать лет как-то изменился механизм написания песен?

А.Г.: Я до сих пор не знаю, как это происходит. Могу сказать вот что: некоторые песни решаются как уравнение. Смысл уравнения в том, что нужно найти единственно возможное неизвестное. И ты его ищешь. Это может занять много времени.

Д.Х.: Мне кажется, что сейчас «Сансара» пришла в гармонию со своей дискографией – вы играете старые песни, хотя несколько лет назад их отрицали.

А.Г.: И правда, гармония какая-то пришла. Ну, это же хорошо! По крайней мере, ты ничего не стыдишься, не стесняешься, всецело признаешь все, что у тебя за плечами. Это говорит о некоем душевном здоровье. Вернее, музыкальном. А отрицание – это был такой максимализм.

Д.Х.: Какой из своих песен ты больше всего гордишься?

А.Г.: Я очень доволен песней «К осени». Это, наверное, первый случай, когда я понимаю, что эту песню мы будем петь долго, много, и я к этому готов. И иду на это с легкостью. Я даже готов быть группой одной песни из-за нее. Такие у меня с ней отношения. Она даже нравится большему количеству людей, чем обычно. Даже людям, которые никогда не слышали группу.

Д.Х.: В ней есть что-то новое для «Сансары», что-то такое в мелодике.

А.Г.: Может быть. Это зависит от ребят, с которыми я играю. «Иглу» и «Ласточку» мы, по сути, делали с Феликсом Бондаревым, группа не участвовала. А сейчас процесс совсем другой, более ответственный, я как-то отвык считаться сразу с пятью людьми, в том числе и с самим собой.

Д.Х.: А с Бондаревым вы больше не сотрудничаете?

А.Г.: Ну почему же? Мы на связи постоянно. Просто у него сейчас группа «Щенки», еще какие-то свои дела. У меня, кстати, есть для него один проект.

Д.Х.: К слову о других группах: несколько лет назад в интервью «Openspace.ru» ты говорил, что екатеринбургские группы, цитирую, «пустились наконец на своих лодках, фрегатах, эсминцах в свободное плавание». Сейчас ситуация изменилась: какие-то лодки разбились, другие уплыли в Москву, появились новые. Что ты сейчас можешь сказать о локальной сцене?

А.Г.: Я немножко выпал из всего этого, что не особо следил в последнее время. Одно замечание есть: люди, которые занимаются музыкой, перестали делить себя на музыкальные лагеря в зависимости от того, что любят. И это хорошо. А то раньше было – «мы играем металл», «мы играем рэп», у всех какой-то внутренний конфликт стилистический. А сейчас все общаются на равных, и в этом даже больше смысла, чем в самой музыке.

Д.Х.: А вообще что понравилось из музыки в последнее время?

А.Г.: (после небольшой паузы) «Курара». «Пуля» – хороший альбом. Я недавно походил по московским улочкам под него – цепляет.

Д.Х.: Мне кажется, что «Сансара» в последнее время несколько выпала из общего музыкального контекста – сейчас в моде либо какие-то остросоциальные комментарии, либо тотальная ирония, как у групп новой русской волны. У вас нет ни того, ни другого. Не страшно остаться не у дел?

А.Г.: Иронии у нас и правда нет. И нет, мне не страшно. К тому же, все может измениться. На самом деле, хотелось бы, чтобы этот страх был. Потому что его отсутствие говорит о том, что какой-то этап закончился.

Д.Х.: А есть что-то, что ты еще не успел сделать?

А.Г.: Есть много всяких идей. Надо для Марго, дочери моей, сделать песню, которую она написала. Хотел бы написать музыку к фильму. А еще у меня в ноуте есть такая специальная папка «идеальные новые русские песни». Там прекрасные песни групп, которые мало кто по факту знает – «Лемондэй» – «Олег», Монти Механик – «Брат и сестра», «Пёс и группа» – «Балет», «СБПЧ» – «Два задания». Их песни зачастую звучат шероховато, их, возможно, делали такими из принципиальных соображений. Не знаю. Я слышу эти песни иначе, чем они сейчас есть. Они прекрасны. В общем, я хочу сделать кавер-альбом на совершенно неизвестную для большинства музыку.

Д.Х.: Сделать так, чтобы эти песни дошли до широкой аудитории?

А.Г.: В нашем случае – не особо широкой. Но мне хочется.

Д.Х.: Есть ли у «Сансары» какая-то сверхидея, цель, к которой проект движется уже 20 лет?

А.Г.: Есть ощущение, что группа «Сансара» – это абсолютно личный проект, начиная с названия. Музыка, группа и все, что вокруг нее происходило – это нечто прикладное. И каких-то задач музыкальных, скорее всего, уже нет. А вопросы внутренние – они существуют, так было и всегда.

Д.Х.: То есть своими песнями ты на эти вопросы отвечаешь?

А.Г.: Не стоит все же так привязывать автора к песням. Потому что очень часто не автор пишет песни, а песни пишут автора.

Д.Х.: А у нынешней «Сансары» есть какая-то главная мысль, которую она несет людям? Может быть, это та самая твоя трактовка фразы «мы гитар не бросили»?

А.Г.: Это такой бытовой смысл, вполне себе оптимистичный, позитивный, в хорошем смысле этого слова, которое в последнее время как-то поистерлось. Я бы хотел, чтобы мне пели такие песни как наши. Поскольку никто их не поет, я сам это делаю. Очевидно, что комментировать, пусть даже и талантливо, все, что происходит вокруг, гениально фиксировать ужасающую действительность, проще, чем показывать обратное. Но мне это не так интересно.

Д.Х.: То есть, ты вместо фиксации действительности ты строишь утопии?

А.Г.: В том-то и дело, что в наших песнях нет утопий. Я пою о вполне возможных вещах. 

Концерт группы «Сансара» состоится 14 декабря в «Доме Печати». Начало в 19:00, билеты можно купить на сайте

Теги